[Спецпроект] Корейская сельскохозяйственная ОПР ② Рекомендации бывшего главы Бюро технического сотрудничества Администрации сельского развития Квон Тхэк Юна относительно корейской ОПР

Более половины продовольствия, которое потребляют граждане нашей страны, поступает из-за рубежа. Согласно «Основной статистике сельского, лесного, животноводческого и продовольственного хозяйства 2025» Министерства сельского хозяйства, продовольствия и сельских дел, по состоянию на 2024 год уровень самообеспеченности продовольствием в стране составил 47,9%, а уровень самообеспеченности зерном (включая потребление на корма) остался на уровне 21,6%. Это структура, при которой внутренние цены на продукты на столе резко колеблются каждый раз, когда из-за изменения климата нарушается урожайность в основных странах — производителях зерна. Иными словами, накопление информации о зарубежных сельскохозяйственных площадках и создание базы сотрудничества напрямую связано с продовольственной безопасностью. Официальная помощь в целях развития (ОПР) может стать таким каналом. Однако вопрос о том, выполняла ли сельскохозяйственная ОПР до сих пор такую роль, остается открытым.

Если посмотреть статистику по сферам проектов ODA KOREA при Управлении по координации государственной политики, двусторонняя безвозмездная помощь, оказанная правительством сельскохозяйственной сфере с 2010 года, когда после вступления в DAC начала собираться статистика, по 2025 год, составляет 1 млрд 352,42 млн долларов. В пересчете по текущему курсу (базовый курс покупки-продажи на 17 сентября — 1368,3 воны) это около 1 трлн 850,5 млрд вон, причем в эту сумму не входят лесное и рыбное хозяйство. В комплексном плане реализации международного сотрудничества в целях развития на 2026 год на сельское, лесное и рыбное хозяйство также предусмотрено 237,9 млрд вон.

Проблема в том, что с 2010 года только в сельское хозяйство было вложено почти 2 трлн вон налоговых средств, но нет данных, которые могли бы ответить, какие изменения в целом создали эти деньги. Это не означает, что системы оценки не существует. Ежегодно проводятся оценка Комитета по международному сотрудничеству в целях развития и самооценка исполнительных ведомств, а в сельскохозяйственной сфере Корейский институт экономики сельского хозяйства отдельно отвечает за управление результатами. Однако оценка проводится только на уровне отдельных проектов, поэтому не появляются материалы, в которых были бы сведены результаты всей сферы по сравнению с совокупными вложениями. Показатели также ориентированы на выпуск — например, число прошедших обучение или завершение строительства объектов, — поэтому отслеживание того, насколько на самом деле выросли доходы фермерских хозяйств в стране-получателе, прекращается в момент завершения проекта. 

Эксперт Квон Тхэк Юн, с которым мы встретились, чтобы спросить о результатах корейской сельскохозяйственной ОПР, — человек, непосредственно проектировавший и реализовывавший проекты. С февраля 2018 года по июнь 2024 года эксперт Квон занимал должности главы Бюро технического сотрудничества и начальника отдела международного технического сотрудничества Администрации сельского развития, курируя проекты KOPIA в 23 странах (в настоящее время — 22 страны), а также был генеральным секретарем консультативных органов по сотрудничеству в области сельскохозяйственных технологий (AFACI·KAFACI·KoLFACI), в которых участвовали 49 стран Азии, Африки и Латинской Америки (на период его службы). После выхода в отставку он работал сельскохозяйственным экспертом KOICA, членом совета директоров Африканского института риса и сельскохозяйственным консультантом Африканского банка развития, благодаря чему приобрел и взгляд извне страны-донора. Его постановка проблемы весома, поскольку это критика человека, который находился на позиции, где у него был сильный стимул говорить, что результаты достигнуты. Газета «Корейские сельскохозяйственные технологии» недавно встретилась с экспертом Квоном и поговорила с ним о проблемах на местах реализации ОПР и возможных альтернативах. 
 

«У каждого проекта есть результаты, но если сложить их вместе, объяснить не получается»

Эксперт KOICA Квон Тхэк Юн сказал: «По каждому небольшому проекту результаты есть, но нет рамки, которая позволила бы измерить совокупный эффект всей сельскохозяйственной ОПР так, как универмаг складывает продажи по этажам и получает общую выручку», добавив: «ОПР нужно заново проверить, начиная с вопроса, были ли результаты, соответствующие общей использованной сумме».

Эксперт Квон признался, что и сам не был свободен от этого вопроса. Он подчеркнул: «Когда я был главой бюро, я постоянно думал о том, как объяснить налогоплательщикам результаты по сравнению с общим объемом инвестиций, но и сам не мог уверенно ответить», и добавил: «Если задать этот вопрос, многим станет неудобно, но это вопрос, который обязательно нужен, если мы хотим превратить ОПР из проектов, которыми хвастаются, в проекты, дающие реальные результаты».
 

Создать рисовое поле бульдозером и сделать фото — это «результат»

В качестве примера инфраструктурной помощи, не учитывающей местные условия, эксперт Квон привел Занзибар в Танзании. Если выровнять рисовое поле, верхний слой почвы срезается, обнажается бесплодная целина, и в следующем году урожайность может упасть почти наполовину. Фермеры, лишившиеся дохода, не выдерживают нескольких лет, переезжают в другие места и занимаются земледелием прежними способами. Он указал: «Бульдозерами создают новые рисовые поля, фотографируются, заявляя, что освоили несколько тысяч гектаров, но если приехать через 3–4 года, там только трава и деревья», и добавил: «Настоящий результат — в том, выросли ли доходы фермеров и была ли решена их проблема».

Относительно повреждения сельхозугодий в Занзибаре, Танзания, директор Центра международного сотрудничества в области сельского хозяйства и продовольствия Корейской корпорации сельских общин Чхве Чхан Вон сказал: «Мы посещаем объект и проверяем его раз в месяц, но до сих пор жалоб не поступало», добавив: «Я слышал, что и в базовом исследовании по Танзании, проведенном Корейским институтом экономики сельского хозяйства, было установлено повышение производительности». Однако он ответил: «Поскольку между сельскохозяйственной дорогой и рисовым полем образовался перепад высот, сейчас проводится проект по установке мостовых переходов», и добавил: «Мы еще раз проверим, были ли поданные жалобы и какова ситуация на месте».

Он счел, что проблема оставленной без использования сельскохозяйственной техники, предоставленной в рамках помощи, имеет тот же корень. Корея смогла добиться механизации, потому что вместе с экономическим ростом работали такие институты, как кредиты сельскохозяйственных кооперативов, поддержка средств на приобретение сельхозтехники и облегчение долгового бремени. Если просто перенести технику в развивающиеся страны, где таких институтов нет, она не сможет использоваться. Эксперт Квон сказал: «Проблема начинается с заблуждения, что если привезти корейское, то все получится», добавив: «То, что техника заржавела, означает, что это было не то, что нужно им, а то, что мы хотели показать».

Интенсивные корейские сельскохозяйственные технологии и дорогие семена также легко становятся для местных фермеров «недосягаемой мечтой». Эксперт Квон сказал: «Мы привозим дорогие гибридные семена и хвастаемся ими, но на месте их невозможно купить», добавив: «Самое главное, чего следует остерегаться в ОПР, — это отсутствие учета устойчивости».
 

Экспертов нет, а ведомства разрознены

Самым срочным вопросом эксперт Квон назвал людей. Зарубежное сельское хозяйство требует широкой экспертизы — от экологии культур до местных институтов и культуры, но способ, при котором людей ненадолго командируют, сохраняя основную работу, имеет очевидные пределы. Он сказал: «Можно взять переводчика и сесть в самолет, но вопрос в том, можно ли превратить это в стратегический результат», добавив: «Когда пытаешься найти людей, чтобы как следует заниматься сельскохозяйственной ОПР, их нет». Согласно Службе образовательной статистики (KESS), по состоянию на 2026 год число поступивших на сельскохозяйственные факультеты (включая колледжи) составляет 6294 человека. Он также добавил рекомендацию воспитывать хотя бы несколько десятков из них как специалистов по зарубежному сельскому хозяйству.

Раздробленность системы реализации также является препятствием. Сельскохозяйственную ОПР по отдельности продвигают KOICA, Министерство сельского хозяйства, продовольствия и сельских дел и Корейская корпорация сельских общин, KOPIA Администрации сельского развития и другие. В регулярной проверке Корейского агентства международного сотрудничества, опубликованной Счетной палатой в январе 2026 года, также было установлено, что из 126 обозначенных взаимосвязанных проектов при проверке 29 проектов с конкретным содержанием связки 19 проектов (65,5%) фактически не были увязаны.

В качестве примера, приведенного Счетной палатой, проект цепочки создания стоимости риса в Гане, в рамках которого Администрация сельского развития должна была разработать улучшенные сорта, а KOICA — распространить их, сорвался как связанный проект, поскольку к моменту, когда KOICA должна была закупать и распространять семена, разработка сортов Администрацией сельского развития не была завершена. Кроме того, обучение KOICA по конвергентным технологиям сельскохозяйственной техники и умных ферм было связано с проектом Министерства сельского хозяйства, продовольствия и сельских дел по повышению использования сельхозтехники в Лаосе, но проходило как многострановое обучение, поэтому среди участников не было ни одного представителя Лаоса. Счетная палата указала, что проекты, связь между которыми изначально была затруднительна, были выбраны как взаимосвязанные, а руководство и надзор за исполнением также были недостаточными.
 

Случаи успеха при малых затратах были связаны с «решением проблем»

Эксперт Квон сказал, что успешные примеры тоже, безусловно, есть. Исследователь Национального института растениеводства Администрации сельского развития Кан Гён Хо был направлен в Сенегал через Корейско-африканский консультативный орган по сотрудничеству в сфере агропродовольственных технологий (KAFACI), создал там селекционную базу и разработал сорт, скрестив рис типа «Тонъиль» с африканскими генетическими ресурсами. Получившийся таким образом сорт «Исри» получил оценку как превосходящий по урожайности вдвое сорт «Сахель», который повсеместно выращивался на месте, и как обладающий отличным вкусом приготовленного риса; всего было разработано 5 сортов, включая 2 сорта для Сенегала, а также для Малави и Мали. Это был способ, при котором Корея не привезла готовый ответ, а помогла местным ученым приехать в Администрацию сельского развития, самостоятельно провести исследования и отразить их результаты в политике своих стран. Эксперт Квон пояснил: «Этот случай был выбран ОЭСР как передовой пример инновационного международного сотрудничества, но денег потребовалось немного», добавив: «Потому что мы не просто дали деньги, а вместе решали проблему».

За рубежом есть и примеры того, как стратегическая ОПР, рассчитанная на десятилетия, возвращалась выгодой и для собственной страны. Эксперт Квон сказал: «В прошлом Япония длительное время поддерживала развитие производства сои в Бразилии и внесла вклад в то, что Бразилия стала крупнейшим в мире экспортером сои», добавив: «Когда я лично услышал это от сотрудника Японского центра международных исследований в области сельского хозяйства, он проанализировал, что японские налогоплательщики ежегодно получают выгоды, превышающие это», и сказал: «Если есть такие результаты, кто будет спорить о бюджете?»

По оценке эксперта Квона, возможности по-прежнему открыты. Эксперт Квон сказал: «Есть исследования, согласно которым в африканском рисоводстве потери от стай птиц в период уборки урожая в среднем достигают 30%», добавив: «Если корейская компания разработает устройство для решения такой полевой проблемы, фермеры будут покупать его, даже если правительство не станет закупать, и в конечном итоге взаимная выгода заключается в том, что, решая проблему, мы тоже получаем возможности».
 

Правительство тоже выдвинуло «стратегический» подход, но

Правительство также анонсировало смену направления. В феврале 2026 года Министерство сельского хозяйства, продовольствия и сельских дел представило замысел перестроить систему на стратегическую сельскохозяйственную ОПР, связанную с экспортом. Однако высказываются опасения, что если без системы измерения результатов и без специалистов, которые будут этим заниматься, изменится только лозунг, это может стать еще одной формой разрозненной помощи.

В качестве альтернативы эксперт Квон предложил создать независимый специализированный фонд, который будет полностью заниматься развитием зарубежного сельского хозяйства. Он сказал: «Если хорошо вести проекты, можно привлечь и средства таких международных организаций, как Всемирный банк или Азиатский банк развития», добавив: «Речь не о том, чтобы кого-то обвинять, а о том, чтобы превратить ОПР из предмета гордости в деятельность, создающую возможности».