От рисовых полей к сухим угодьям, от двигателей к батареям… «великий переворот» на рынке сельхозтехники

[Корейская газета сельскохозяйственных технологий = корреспондент Ли Хён У] Пейзаж сельских полей Южной Кореи быстро меняется. В то время как мотокультиваторы и рисопосадочные машины, которые раньше были обязательной техникой почти в каждом хозяйстве, покидают рисовые чеки, их место занимают культиваторы для полевого земледелия, экологичная электрическая сельхозтехника и современные дроны для защиты растений. На фоне структурных изменений, таких как сокращение площадей под рисом, а также реальных кризисов — старения сельского населения и нехватки рабочей силы — рынок сельхозтехники Южной Кореи вступил в период масштабной смены парадигмы, в центре которой находятся «полевое земледелие» и «экологичная электрификация».

Согласно «Результатам обследования наличия сельскохозяйственной техники в 2025 году», опубликованным Министерством сельского хозяйства, продовольствия и сельских дел 24 июня, по состоянию на 1 декабря прошлого года общее количество 16 основных видов сельхозтехники в стране составило 1 млн 983 тыс. единиц, что на 0,2% больше, чем годом ранее.

На первый взгляд цифры могут показаться застойными, однако по видам техники отчетливо видна серьезная перестройка рынка. Самый заметный момент — общее сокращение техники для рисоводства и устойчивый рост техники для полевого земледелия. Под влиянием государственной политики по сокращению площадей выращивания риса, а также укрупнения и кооперации хозяйств мотокультиваторы, некогда символ сельской местности, сократились на 1,7% (8558 единиц) по сравнению с предыдущим годом, а рисопосадочные машины — на 1,6% (2600 единиц). Если посмотреть на тенденцию последних пяти лет (2021–2025), то количество рисопосадочных машин сократилось на 6%, а мотокультиваторов — на 5%, что ясно показывает их заметный спад.

В то же время благодаря распространению механизации полевого земледелия и государственной политике комплексной механизации в основных производственных районах соответствующие виды техники демонстрируют стремительный рост. Культиваторы, являющиеся необходимым оборудованием для полевого земледелия, увеличились на 3632 единицы (0,8%) по сравнению с прошлым годом — до 466 895 единиц, а уборочные машины (рост на 10,1%), сеялки (рост на 5,6%) и рассадопосадочные машины (рост на 2,9%) также одновременно показали восходящую динамику.

Особенно важно, что «тренд электрификации (перехода на батареи)», сосредоточенный вокруг малогабаритной сельхозтехники, теперь стал необратимым мейнстримом. Общее количество сельхозмашин с экологичными источниками энергии, использующих электричество в качестве привода, таких как подъемные платформы, сельскохозяйственные моторизованные транспортные средства и самоходные опрыскиватели, достигло 25 360 единиц, что на целых 30,9% больше, чем годом ранее. По видам техники экологичные самоходные сельскохозяйственные опрыскиватели выросли на 46,0% (2321 единица), а сельскохозяйственные моторизованные транспортные средства — на 25,1% (2476 единиц), став локомотивом роста. Сельскохозяйственные мультикоптеры (дроны), являющиеся показателем передовой беспилотной автоматизации, также были зафиксированы на уровне 3555 единиц, что на 22,2% больше в годовом выражении и доказывает ускорение цифровизации и интеллектуализации на местах.

По мере роста перехода к экологичной и электрической сельхозтехнике увеличивается и количество списанной сельхозтехники, остающейся в хозяйствах. Фактически объем списанной сельхозтехники по шести видам, включая мотокультиваторы, тракторы и культиваторы, достиг 11 766 единиц, что на 7,2% больше, чем годом ранее. Поскольку цикл замены сельхозтехники сокращается, а из-за старения фермерских хозяйств растет число брошенного оборудования, дальнейшее незаконное оставление старой техники с двигателями внутреннего сгорания может привести к загрязнению сельской среды и рискам несчастных случаев, поэтому меры по утилизации списанной сельхозтехники необходимо принимать срочно.

Результаты этого исследования ясно указывают на будущие ориентиры государственной аграрной политики и агротехнологического бизнеса. Правительство также намерено использовать эту статистику при продвижении политики механизации сельского хозяйства: директор департамента инновационной политики агропромышленности министерства Ли Си Хе заявила: «Мы отразим результаты этого исследования при разработке 10-го базового плана механизации сельского хозяйства (2027–2031 годы)».

Однако на местах все громче звучат голоса о том, что расширение распространения экологичной и передовой сельхозтехники должно сопровождаться институциональной и бюджетной поддержкой, поскольку по-прежнему сохраняются недостаточная государственная поддержка техники на экологичных источниках энергии и нехватка различной инфраструктуры. Так, руководитель группы отечественного производителя сельхозтехники компании A пояснил: «Роботизированная сельхозтехника дороже существующей продукции по таким причинам, как высокие первоначальные затраты на разработку. Даже с учетом субсидий и льготных займов собственные расходы фермеров оказываются в 3–4 раза выше», добавив: «Например, если собственные расходы фермера на моторизованное транспортное средство составляют около 5 млн вон, то транспортный робот обходится в 20 млн вон. Разница — целых четыре раза. Именно поэтому фермеры не решаются на покупку, и именно поэтому распространение на местах идет медленно», призвав правительство к политической поддержке.